В ближайшее время ситуация должна измениться: в России появилась Федеральная служба по регулированию алкогольного рынка, ставшая правопреемником Минсельхоза, Минфина, Федеральной налоговой службы и Федеральной службы по тарифам в отношении всех обязательств в сфере производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции. Первыми инициативами службы, подчиняющейся непосредственно правительству, могут стать установление минимальной цены на алкогольную продукцию и снижение акцизов, предполагают эксперты. В целом же появление нового, и в какой то степени силового ведомства, регулирующего правила игры на алкогольном рынке, должно снизить количество нелегального алкоголя на рынке. Кроме того, в условиях кризиса куратор алкогольной отрасли должен будет улучшить собираемость акцизов и налогов с отрасли, что может привести к ужесточению контроля за участниками рынка.

Положение о Федеральной службе по регулированию алкогольного рынка (Росалкоголь) утверждено постановлением правительства от 24 февраля 2009 года.

Новый регулировщик

Полномочия нового ведомства самые широкие. Оно может устанавливать минимальные цены на водку, ликероводочную продукцию и другой алкоголь крепостью выше 28%, производимую или ввозимую в Россию, выдавать лицензии на производство и оборот спирта и алкогольной продукции, контролировать качество и безопасность алкоголя, проверять участников алкогольного рынка, готовить предложения по акцизной политике в сфере алкоголя и курировать работу ЕГАИС – единой государственной автоматизированной информационной системы учета объема производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции.

Руководителем службы назначен Игорь Чуян, ранее возглавлявший Росспиртпром. В подчинении у Игоря Чуяна будет 942 человека – это предельная численность работников нового ведомства. При этом штат центрального аппарата составит до 300 сотрудников, территориальных подразделений – до 642 человек. Глава ведомства может иметь до пяти заместителей и до девяти управлений.

Акцизы и цены – на минимум

До того как возглавить Росалкоголь, Игорь Чуян выступал с предложениями снизить ставку акциза вдвое (акциз составляет 191 рубль за литр безводного спирта) и ввести минимальную розничную цену на водку. Участники рынка поддерживают обе инициативы.

"Сейчас в стоимости бутылки водки емкостью 0,5 литра содержится 38,2 рубля акциза и 10 рублей налога на добавленную стоимость (НДС). Стоимость производства – около 15 рублей. Итого на выходе мы получаем минимальную стоимость легально произведенной бутылки водки – 60 рублей, с учетом розничных наценок она стоит около 90 рублей. При этом в магазинах легко найти водку, которая стоит дешевле. Это говорит только о том, что она произведена нелегально, без уплаты акцизов и НДС. Снижение акцизной ставки привело бы к увеличению доли продукции легальных производителей и сокращению доли "левака", – говорит зампред правления Союза производителей алкогольной продукции Дмитрий Добров.

Судьба госмонополии на спирт Винная монополия – это по старорусски казенная продажа питей, а по новорусски – исключительное право государства ил отдельных лиц (но только в случае откупа) на производство и сбыт спиртных напитков. Всего в истории России было пять винных монополий. Первая была учреждена великим князем московским Иваном III в 1474 году. Действовала до 1533 года. Вторую учредил царь Алексей Михайлович в 1652 году. Просуществовала до 1681 года. Третью завел в 1696 году Петр I. В 1716 году царь ввел свободу винокурения, обложив производителей "винокурной пошлиной". Екатерина II разрешила "курить вино" только помещикам. Четвертая госмонополия была введена по инициативе министра финансов, графа Сергея Витте в 1894 году. Правда, в полной мере она действовала с 1906-го по 1913 год. Монополия по Витте распространялась на очистку спирта и торговлю крепкими спиртными напитками. Винокурни могли принадлежать частным предпринимателям, но производимый ими спирт покупался казной, проходил очистку на государственных складах и продавался в государственных винных лавках. В 1913 году общая выручка от винной монополии составила 26% всех доходов бюджета. С началом Первой мировой войны в 1914 году торговля спиртным была вообще запрещена. Пятая алкогольная монополия была введена в январе 1924 года. В 1985 году перед сухим законом Михаила Горбачева реализация алкоголя давала треть доходов от торговли продовольствием. Первый президент России Борис Ельцин указом отменил спиртовую госмонополию. 11 июня 1993 года Ельцин восстановил госмонополию, но контролировать производство на многочисленных частных винзаводах было уже невозможно. Образованная тогда же Госинспекция (затем федеральная служба, потом госкомитет) по обеспечению госмонополии на алкоголь в апреле 1998 года была упразднена. В 2000 году было создано ФГУП Росспиртпром (с февраля 2008 года – ОАО со стопроцентным госучастием). В его состав было включено 105 спиртовых и ликероводочных предприятий, принадлежащих государству. Самый дорогой актив ($100 млн по оценке марта 2008 года) – московский "Кристалл". По оценке 2006 года ФГУП контролировал 40% внутреннего рынка спирта. Годовой оборот достигал $2 млрд. В 2005 году министр сельского хозяйства Алексей Гордеев инициировал законопроект о возвращении алкогольной госмонополии. Непосредственно соответствующий законопроект внес в Госдуму депутат Валерий Драганов. В мае 2006 года он прошел первое чтение. Однако в том же году президент Владимир Путин вынес отрицательное заключение на монопольный законопроект. В ноябре 2008 года на заседании правительства было решено создать единый алкогольный госорган. 30 декабря 2008 года он был официально учрежден постановлением правительства. Константин Смирнов

Возможность снижения акцизов до 100 рублей сейчас активно обсуждается в правительстве. И не исключено, что решение будет положительным, несмотря на кризис. "Доля всех поступлений от алкогольной продукции составляет около 1,2% доходов консолидированного бюджета страны, поэтому снижение не будет серьезным ударом по бюджету", – предполагает Дмитрий Добров.

"Установление минимальной цены на водку, например, на уровне 60 рублей могло бы сократить потребление нелегальной водки малообеспеченными слоями населения, которое в условиях кризиса может больше пить. Более высокая цена на водку по крайней мере защитит граждан от опасной для жизни и здоровья продукции", – говорит директор Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя Вадим Дробиз.

По мнению экспертов, если государство пойдет на установление минимальной стоимости бутылки водки, необходимо ввести и ответственность за ее несоблюдение, иначе эффекта от этой меры не будет.

Контролируй это

Кризисное время заставляет государство считать каждую копейку и изыскивать все доступные способы пополнения бюджета. Новое ведомство будет бороться за исполнение обязательств производителей алкоголя перед бюджетом. Однако пока ясно только то, что того числа сотрудников, которое установлено в положении, будет недостаточно. "На каждый российский регион придется примерно восемь человек из Росалкоголя. При этом в регионах в среднем находится от 3 до 10 производителей алкогольной продукции, от 10 до 30 оптовых компаний и от 2 тыс. до 6 тыс. розничных точек по продаже алкоголя. Контролировать такие объемы силами восьми человек невозможно без помощи других ведомств", – говорит Вадим Дробиз.

По мнению Дмитрия Доброва, усовершенствовать контроль за рынком помогло бы ужесточение ответственности за нелегальный оборот продукции.

ЕГАИС поменяла хозяина

Новое ведомство будет также курировать систему ЕГАИС. По мнению участников рынка, это должно положительно отразиться на работе ее системы. "Если ЕГАИС будет контролировать одно ведомство, то через какое-то время она сможет выполнять те функции, ради которых и создавалась, – отслеживать производство продукции для того, чтобы обладать полной картиной того, что происходит на рынке", – говорит Вадим Дробиз.

ФНС, которая раньше вела эту систему, всеми силами старалась избавиться от лишней нагрузки. В 2007 году глава ФНС Михаил Мокрецов даже обратился к президенту Владимиру Путину с предложением отказаться от использования ЕГАИС в налоговых и таможенных целях и перевести ее в учетно-аналитический режим. Сейчас, по признанию участников рынка, система работает более или менее отлаженно, однако полезность и информационность не окупает затраты на ее введение и обслуживание.

Госмонополизму – нет

С новой службой связывают и возможную госмонополизацию алкогольной отрасли. Председатель Совета федерации Сергей Миронов уже назвал создание Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка "первым шагом в установлении государственной монополии на рынке алкогольной продукции". Однако участники рынка сомневаются, что государство решится на такой шаг.

"Монополизировать отрасль технически невозможно: у нас много частных заводов-производителей, а розница почти вся в частном секторе. В случае введения госмонополии на розничную торговлю, например, у государства просто не хватит средств на создание подобной сети. Произойдет сокращение числа розничных магазинов и, как следствие, вырастет нелегальный оборот. Монополизировать производство спирта еще сложнее: придется либо закрыть, либо национализировать работающие частные заводы, что тяжело с технической и юридической точки зрения", – говорит Дмитрий Добров.

ТЕПЕРЬ ПАЛЕНОЙ ВОДКИ СТАНЕТ МЕНЬШЕ?

МИХАИЛ СТАРШИНОВ, член комитета Госдумы по безопасности (фракция "Справедливая Россия: Родина / Пенсионеры / Жизнь) Создание новой регулирующей службы – это не выход. К сожалению, административная реформа, предполагавшая снижение количества контролирующих органов, давно забыта. Новая федеральная служба лишь увеличит число федеральных чиновников, и их работа вряд ли приведет к снижению объемов контрафактной водки. Бороться с оборотом некачественной алкогольной продукции можно только одним путем – повышением уровня ответственности продавца за качество продаваемого спиртного. Вплоть до введения уголовного преследования.

СЕРГЕЙ ЗИВЕНКО, президент торгово-промышленной группы «Кристалл»
Это зависит от личностных качеств руководителя Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка. Он же понимает всю эту ситуацию, и если будет четко отстаивать интересы легальных производителей, то все вместе мы будем в состоянии выкинуть всю паленую водку. А если он будет потворствовать тому, что было раньше, то, естественно, ничего не изменится.
Ведь сама эта структура и какая-то бумажка не могут ограничить нелегальный оборот. Это же большой бизнес, а на госслужбе должен состоять человек, который бы очень четко понимал, что он делает. Если он знает, какие у него задачи, скажем, наряду со всем прочим бороться с нелегальным оборотом алкогольной продукции, то все будет хорошо.
Если он будет на протяжении своей службы бороться с нелегальными поставщиками спирта из Осетии и Кабарды, то, думаю, паленой водки станет меньше. А если будет просто перекладывать бумажки, от этого ничего не изменится. А что касается снижения ставки акцизов, то он должен поговорить на эту тему с Кудриным и доказать, что это обосновано. Кроме того, все это нужно пролоббировать в Госдуме. То есть руководитель этого ведомства должен хотя бы полгода самоотверженно поработать над этими задачами.
Думаю, нынешний руководитель Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка должен со всем этим справиться. Естественно, ему нужно научиться общаться с большим бизнесом в этой сфере, и каждый из нас готов помогать ему в этом, потому что мы тоже заинтересованы в очищении рынка. Мы победим только тогда, когда объединим усилия.

ВЛАДИМИР БРЫНЦАЛОВ, предприниматель Конечно, нет. Потому что надо отменить акцизы и ввести на предприятиях налог на прибыль, и только тогда все будут в равных конкурентных условиях. Осетины выпускают спирт и развозят его по всей России – и как это можно остановить? Они левый спирт продают здесь по 35 рублей за литр, из которого можно сделать пять бутылок водки. Получается, что одна бутылка может стоить 10—12 рублей. Как заводы будут между собой конкурировать, если они легально платят акциз? И не надо создавать никакие специальные отделы и ведомства. Но никто и не думает отменять акцизы и вводить налог на прибыль. Если государство считает, что водка – это доходный товар, так и введите налог на прибыль размером 50 или 70%. Получается, что заводы работают в неравных условиях, а левый спирт, несмотря на то что на постах все проверяют, идет и идет эшелонами. Мононации всегда договорятся между собой. Создай ты хоть тысячу регулирующих органов, все равно ничего не изменится. Что, они будут управлять Чечней и Осетией?

ЮРИЙ СКУРАТОВ, завкафедрой административного и муниципального права Российского государственного социального университета, генпрокурор России в 1995—1999 годах
Да, госрегулирование важно, и во времена Ельцина существовала специальная структура по регулированию алкогольного рынка, который является чуть ли не самым криминализированным. Но я не думаю, что сразу все может измениться в лучшую сторону. Лишь через два-три года можно будет ожидать какого-то улучшения, да и то если грамотно с самого начала выстроить работу этой структуры. Но ведь это же многофакторная работа, и нельзя сбрасывать со счетов, например, деятельность правоохранительных органов, жесткие действия по стандартизации и тому подобное.
А как не обращать внимания на само население? Когда человек заходит в магазин и видит, что бутылка водки стоит намного дешевле, чем должна стоить, то понятно, что, покупая ее, он попадает в зону риска.
Прежде всего нужно вырабатывать культуру потребления спиртных напитков, чтобы наши люди не пили что попало. Так что госрегулирование – это только малая часть того, что требуется.