На следующей неделе в российский прокат выходит новый фильм Ильи Хотиненко «Ясновидящая» – история о женщине с уникальным даром предвидеть будущее. В этом фильме (и это признает режиссер) режиссер направленно использует и обыгрывает общественные штампы восприятия социальных типов. Все образы очень узнаваемы: Бизнесмен, Бандит, Жена нового русского, Мама, Простая девушка и т. д. В беседе с корреспондентом GZT.RU режиссер рассказал, какой реакции на свой фильм он ждет от современного зрителя.

- Ваш новый фильм – о ясновидении. Вы раньше не обращались к подобной тематике, почему решились в этот раз?

- Все просто. Я не инициировал проект, мне его предложили. Предложили сценарий, дали бюджет, дали определенную степень свободы: в первую очередь не давили по поводу финала, чтобы был хеппи-энд, и я согласился. Спасибо продюсерам, они мне дали оттянуться по большому счету. Взялся только по этой причине, а так вообще ясновидение меня не очень интересует. Это в чистом виде шарлатанство или там беснование какое-нибудь. И занятие это в целом бессмысленное. И фильм это в некоторой степени разоблачает.

- Действие вашего фильма происходит в ближайшем будущем. И какое оно?

- Ну знаете, это такое ближайшее будущее, которое уже через год. Поэтому оно ничем не отличается от дня сегодняшнего. Ну кое-что мы исказили, конечно. Там нарисованы всякие небоскребы в тех местах, где они быть не могут. Ну, то есть мы работали над этим, но хотели сделать это тонко, чтобы не спорить с Голливудом. Старались аккуратно-аккуратно, так, чтобы сместить образы на подсознательном уровне. Чтобы не было заметно: «Ух ты! Завод, а на фоне, смотрите, "Сити"! Где это такое место может быть?!»

- В фильме нет ни одной эротической сцены, хотя их привычно ждешь от отечественного кино. Откуда такое целомудрие?

- Это моя личная позиция. У меня несколько брезгливое отношение к голым людям. Я не могу их снимать, меня тошнит просто от них. Ну они же пахнут и слюнявые такие. Вот вам только смотреть, а мне-то все это снимать.

- А почему у фильма прокат как у авторского кино?

- Да нет, ну какое же это авторское кино. Тут все на штампах построено. Фильм выходит очень маленьким прокатом – 50 копий, это потому, что нас, грубо говоря, "прокинули". Мы ожидали 300, а получили 50. Это совершенно ничтожно, и никто фильм не увидит. Нас подставили, и, я думаю, это нелепая ошибка. Надо было делать больше. Но с другой стороны, сейчас идут такие провалы всех российских фильмов, никто ничего не собирает. Может быть, поэтому прокатчики просто боятся.

- А почему в фильме много штампов? Думаете, это хорошо для картины?

- Штамп очень удобен. Это быстрое донесение информации: у человека в голове сразу срабатывает маячок. Думаю, как форма общения со зрителем это вполне может быть уместно. Да какие-то там постмодернистские экспиренсы – они вообще могут быть построены сугубо на штампах. Кроме того, есть целые направления в искусстве, которые построены сугубо на штампах и развиваются, их утрируя. Поэтому меня это не сильно смущает. С другой стороны, у меня есть фильмы, где я совсем не использую штампы. Например, «Одиссея 1989» действительно типичное авторское кино.

- Все режиссеры после первого показа говорят, что у них в фильме получилось. А вы могли бы признаться, что у вас не получилось в фильме «Ясновидящая», что оказалось самым неудачным?

- Ну, со штампами мы, может быть, немного переборщили. Слишком быстро все читается, включая эстетические моменты. Картинка в результате немного зыбкая, с такими антиутопическими формами… Можно было бы, конечно, придумать что-то еще, но время – деньги, как известно. С другой стороны, я никогда не делаю кино для массового зрителя. Я всегда оставляю для себя что-то. Ничего вроде: «Эй, я знаю, вам это понравится!» А в данном случае я внутренне на зрителя совсем не ссылался. Мне просто очень интересно было работать.

- Кадры всегда тщательно прорабатываете? Внимательно следите за тем, что попадет в камеру?

- Не надо идеализировать профессию режиссера. Как будто это такой человек, который сидит и думает: «Сниму-ка я…Да!» – увидел что-то и срочно побежал куда-то снимать. Режиссерская работа устроена иначе. Какие-то обстоятельства вмешиваются, есть определенные рамки. Выбрали объект: почему здесь? Да потому, что мы снимаем еще что-то тут рядом. Что мы имеем? Что из этого можно сделать? Зовешь художника. Можно что-то сделать – да, нет. Нет – уберем это все и оставим, что останется. Все! Быстро снимаем! Это такая проза жизни.

- Известно, что вы просто получаете гонорары за работу. Вы что, совсем не зависите от судьбы своих фильмов?

- От судьбы фильмов я не завишу, к сожалению. В идеале я всегда предлагаю продюсерам: «Пусть у меня будет меньше гонорар, но будет процент с проката». Такое положение сделало бы меня более заинтересованным в продвижении картины. И вообще, это хорошая практика зарубежных студий и продюсеров. Но пока я ни разу так не работал. Кроме фильма «Одиссея 1989». И там я поменял весь свой процент с потенциального проката на банкет. На который никто из моих приятелей, что я хотел видеть, не пришел. С тех пор я не устраиваю больших банкетов. А фильм тот до сих пор продается: крутится где-то в Америке по русскоязычному кабельному телевидению. Так что жалею о том решении вдвойне.

- А от российского зрителя теперь чего ждете? Чего ждете от проката?

- Российский зритель – он такой странный. Я думаю, что российский зритель непредсказуем, и нельзя от него ждать чего-то конкретного. То проваливаются, то взлетают какие-то фильмы. Вот, например, российский зритель не хочет смотреть тупые комедии, которые вроде бы должен смотреть. Но смотришь, проваливаются и блокбастеры. А вдруг кассу собирают такие фильмы, которые вроде и не должны были ее собирать. Если, конечно, это не фикция, которую пишут в сводках. Кино, мне кажется, должно быть честным, и только тогда оно найдет своего зрителя.

- В кризис сложнее работать? Без работы не простаиваете?

- Я все время что-то снимаю. Практически безостановочно. Кроме того, я снимаю рекламные ролики. Правда, сейчас я почти перестал их снимать. В кризис стало сложнее только в одном плане: продюсеры зарабатывают больше, мы – меньше. Вот сейчас сдал фильм «Байкер» (выйдет в апреле 2010 года. – GZT.RU) и рассматриваю уже следующие предложения. В частности, есть проект «Варяг», блокбастер такой исторический. Ну и другие есть предложения.