На следующей неделе в российский прокат выходит новый фильм Станислава Говорухина «Пассажирка», снятый по мотивам одноименной повести Константина Станюковича. Фильм рассказывает историю появления на борту военного судна красивой девушки, которая влюбляет в себя весь экипаж. Главную роль молодой вдовы Веры Сергеевны Кларк в этом фильме исполнила Анна Горшкова, а роль капитана корабля Петра Никитича – Виктор Сухоруков.

Представляя фильм, Станислав Говорухин рассказал историю появления картины, а также о том, для кого он снимает свои фильмы и что думает о современном зрителе.

- Правда ли, что вы собирались снимать этот фильм 40 лет назад с Мариной Влади, и почему решились рассказать эту историю только сейчас?

- Да, это правда, я тогда собирался, да никто больше не собирался. Я имею в виду Госкино. Картина была для них явно дорогая, безыдейная. В общем, никто меня тогда не поддержал. Что касается Марины Влади, то да, мы как-то разговаривали. Мы очень дружили с Володей Высоцким и, конечно, с Мариной. Они у нас часто бывали дома, обсуждали планы. Ну вот, в частности, был разговор, что хорошо бы такую картину снять. Марина Влади тогда как раз хотела побольше сниматься, чтобы почаще бывать в России. В результате она снялась в роли Лики Мизиновой (фильм «Сюжет для небольшого рассказа», 1969 г. – GZT.RU). А в роли горничной мне тогда хотелось снять молодую и мало кому известную Наташу Гундареву.

Ну вот прошло 40 лет, и мы уже забыли об этом давно. А Станюкович всегда был и остается моим любимым писателем. Забытый ныне Станюкович, когда-то любимый и читателями, и кинематографистами. По его книгам снято очень много фильмов. Достаточно вспомнить «Максимку» (фильм реж. Владимира Брауна, 1952 г. – GZT.RU). Ну вот, а тут я подумал, что в нынешних условиях, опять же это было до кризиса, раздобудем деньжат, найдем корабль. Времена изменились, теперь можно снимать не только на Черном море. Ну и так далее. Заявил картину. Одно лето у нас пропало, потому что картина была производственно очень сложной, и мы не успели подготовиться. А на второе вот сошлось.

- Каков ваш режиссерский посыл в картине, смысл, который вы в нее вкладываете?

- Вот когда я читал дневники Феллини, он там пишет, что режиссер часто не понимает, в чем суть его картины. То есть понимает, но интуитивно, а словами выразить не может. Вот и я так. Я совершенно не понимаю, о чем этот фильм и какова его главная мысль. Это мне скажут потом зрители и критики. И журналисты. Я шел от сердца. Да и не надо эту мысль никогда формулировать: определить что-то – значит ограничить,ведь сердцем и душой ты понимаешь гораздо больше.

Но я в себе гражданина-то никогда не убивал. Я ведь хотел рассказать больше не саму историю, а то, каким он был – русский флот. И каким он должен быть. Как стыдно сегодня, мучительно стыдно за свою страну, за свой флот, за свою промышленность, за своих руководителей. Вот это я не удержался и попытался рассказать. У нас даже на корабле была такая история, когда мне было стыдно, а им [показывает на актеров] – параллельно. Когда я молодых своих героев попросил отдать честь. Боже, какой же это был позор, когда они все отдали честь вот так (прикладывает ребро ладони ко лбу), насмотревшись американских фильмов. Как это было стыдно. Я вообще не кричу на площадке, но тут я так разорался!

- А как выбирали актрису на главную роль?

- Почему я выбрал Анечку (Анна Горшкова. – GZT.RU)? Ну потому что стать! Не просто красавица, а русская стать. Сегодня на актерском рынке не так уж много актеров с такой статью. Вот в предыдущей своей картине я нашел одну такую девочку с русской настоящей статью – Светлану Ходченкову. Ну вот видите, что из нее получилось. Такая же селедка, как и все остальные. И даже еще хуже. А вот Аня, у нее есть это – стать. Ну она, конечно, красавица. Очень достоверная, на мой взгляд. В общем, я не был разочарован и по сей день любуюсь.

Постер к фильму "Пассажирка" (2009)

- В финальных титрах выражена благодарность Иосифу Кобзону. Можно узнать, за что конкретно?

- Кобзон – это личность уникальная. И в кинематографе, и в театре, во всех сферах искусства найдется огромное количество людей, которые хотели бы выразить ему благодарность. Но у них ее не было. А у меня была возможность. Вот я сейчас снимал новую картину и говорю ему: «Давай будь моим продюсером. Денег мне не надо. Деньги вместе будем искать. Все равно ж ты ведешь себя как продюсер». Ну он помогал по-разному. Главная, конечно, у нас была проблема – найти финансы. На деньги, которые дает Госкино, снять кино трудно. Любое кино, не только это.

- Картина была закончена давно, а выходит только сейчас. Очень похоже на историю с фильмом «Артистка». С чем это связано?

- Так складывалась судьба всех моих картин, всех до единой, после того как произошли все эти «революции». Начиная с «Ворошиловского стрелка», ни один человек не может похвастаться, что он видел мой фильм в кинотеатре, кроме, конечно, журналистов, и тех, кто присутствовал на премьере. Все мои фильмы блестяще проваливаются один за другим. Вот Сухоруков только что говорил, что есть советское кино и российское кино. Так все разделилось. Страны-то две уже. Одна – вот эта, в которой мы живем, и одна – та, которой большинство из вас даже и не видело. Они совершенно разные. Очень много было плохого в той стране и очень много плохого в этой. Было хорошего и тогда много, есть хорошее и сейчас. Но зрители теперь совершенно другие.

Вот «Пассажирка» – это ведь не попкорновое кино. Поэтому прокатчики прекрасно понимают, что нынешние зрители кинотеатров вряд ли будут это смотреть. Так же как они не смотрели «Артистку», «Не хлебом единым», «Благословите женщину», «Ворошиловского стрелка» в кинотеатре. И это очень большой риск со стороны прокатчиков – взяться за прокат этой картины. Потому что совершенно не по адресу. Я еще раз повторяю: это кино не попкорновое, оно старомодное. Оно сделано для того зрителя, которого офисный планктон называет отстоем. А я их называю советскими зрителями. Советский зритель – он не умер, он просто перестал ходить в кинотеатры. Только и всего. Все эти десятки миллионов людей живы-здоровы. Многие из них молоды, а другие постарше, но они все живы. И я работаю для них. Даже если бы я захотел угодить сегодняшней публике, я просто не смог бы этого сделать. У меня не выйдет так. Мне это мало того что неинтересно – я этого не умею. Не умею снимать сегодняшнее кино, которое смотрели бы зрители кинотеатров.

Я вот сейчас снимаю кино («Сердца четырех», готовится к выпуску в 2010 г. – GZT.RU). Мы очень дружим с Ренатом Давлетьяровым, он спрашивает: «А про что твое кино?» Отвечаю: «Я бы его знаешь как назвал? “Любовь-морковь-4”!» Только он для других зрителей, для моих зрителей. А по сюжету – любовь-морковь.