Увидев героев спектакля «Ежик и Медвежонок. Диалоги», который поставила в Центре имени Мейерхольда норвежский режиссер Сигрид Стрем Рейбо, ни за что не догадаешься, что это те самые Ежик и Медвежонок — из сказок Сергея Козлова и мультфильмов по его же сценариям, включая бессмертный «Ежик в тумане» Юрия Норштейна. Спектакль-композиция по мотивам сказок Козлова выглядит как притча о жизни, смерти и одиночестве.

Кроме «Ежика в тумане», из под пера Сергея Козлова вышли всем известные истории «Как львенок и черепаха пели песню», «Трям! Здравствуйте» и многие другие, песенка «Облака, белогривые лошадки». Из ставят в детских и кукольных театрах Москвы и провинции, и постановки неизменно проходят с аншлагом. Но так, как Рейбо, их не ставил еще никто. Сам Сергей Козлов, к сожалению, не сможет увидеть ее интерпретации своих сказок — он умер месяц назад, дожив до 70 лет.

Театральный режиссер Сигрид Стрем Рейбо. Источник: Норвегия.ру

Русский как иностранный

Сигрид Стрем Рейбо — выпускница мастерской Сергея Женовача в РАТИ (ГИТИС). Чтобы учиться в России в театральном институте, она специально выучила русский язык. Как человек, говорящий на чужом языке, она замечает в привычных нам фразах новые смыслы. Это стало понятно уже в ее первом спектакле — сказке «Как кот гулял, где ему вздумается», поставленной в РАМТе.

По-новому Рейбо прочла и тексты Козлова, отказавшись от всех привычных «сказочных штампов». На маленькой сцене с черным потолком все стерильно: никаких тебе медвежьих шкур, иголок ежика или волшебного леса. Только вымытый до блеска пол и два стула. Ежик — Тимофей Трибунцев и Медвежонок — Алексей Дубровский больше похожи на офисных клерков. Подтянутые молодые люди в белых рубашках с галстуками скромных расцветок спокойно беседуют друг с другом.

Актер МТЮЗа Дубровский и актер «Сатирикона» Трибунцев давно хотели что-нибудь вместе сыграть, и желание режиссера отказаться от хрестоматийной сказочности в «Ежике и Медвежонке» нашло у них отклик. Заново перечитав сборник сказок Козлова, они обнаружили там немало размышлений о жизни и смерти. Эти фрагменты и стали основой композиции спектакля.

«Я открыл для себя тексты Козлова, читая его сказки своей маленькой сестре. И понял, что люди разного возраста считывают в них что-то свое,— рассказал GZT.RU Алексей Дубровский.— Ребенку интересны приключения сказочных героев. Взрослые увидят в них совсем другие темы. Составляя композицию, мы читали сборники сказок Козлова и отбирали то, что казалось нам интересным».

Сцена из спектакля "Ежик и Медвежонок. Диалоги" режиссера Сигрид Стрем Рейбо. Источник: Телеканал "Культура"

Ничего специального

По структуре спектакль напоминает фильм, смонтированный из небольших эпизодов, разделенных затемнениями, как в ранних фильмах Джима Джармуша. Вот Ежик и Медвежонок молча сидят рядом, о чем-то размышляют, вот перебрасываются короткими фразами, вот пытаются что-то станцевать. Ежик лезет в петлю, которую смастерил из галстука, но остается в живых. В финале герои поднимают черную занавеску, и смотрят на огромный, холодный мир, от которого их отделает только тонкое стекло. «Мы не сразу нашли форму спектакля. Во время работы у нас возникло несколько вариантов, и в конце концов мы остановились на этом»,— вспоминает Дубровский.

Актеры существуют на сцене так сдержанно и естественно, как бывает только в кино. Не хлопочут лицом, не пытаются разыграть текст «весело и задорно», но иногда настроение героя можно угадать по одному движению. Иначе нельзя: спектакль играют в маленьком зале, тут всего пять рядов. В таком пространстве любая фальшь режет глаз и ухо.

Местами кажется, что этот спектакль вообще никто не ставил. Не зря в программке рядом с фамилиями режиссера, художника Марии Угробиной и хореографа Олега Глушкова стоят вопросительные знаки. Но этот как раз тот случай, когда зрители видят результат кропотливой лабораторной работы, не догадываясь об усилиях, затраченных на ее создание.

Сейчас Сигрид Стрем Рейбо ставит в Норвегии пьесу Беккета «В ожидании Годо». Наверняка ее размышления о театре абсурда и Беккете, одном из его отцов-основоположников, отразились в «Ежике и Медвежонке». Но Козлов значительно добрее Беккета, герои которого проводят жизнь в одиночестве, чего-то напрасно ожидая. Ежик с Медвежонком понимают, что они нужны друг другу, и поэтому не одиноки. В финале Медвежонок говорит Ежику: «А если тебя нет, то и меня нет».