Прохладная война

Западные эксперты выразили разочарование действиями Москвы. Российские – заговорили о том, что наша страна начинает жестко отстаивать свои интересы с использованием имеющегося арсенала средств. К одобрительному гулу голосов примкнул даже бывший президент СССР Михаил Горбачев, оправдавший решение Путина тем, что «наши партнеры на Западе вели себя не по-партнерски». Договор о ДОВСЕ давно служил предметом споров между Россией и НАТО. Его адаптированный вариант, принятый в 1999 году, до сих пор ратифицирован, кроме нашей страны, только Украиной, Белоруссией и Казахстаном. Часть новых членов НАТО – прибалтийские республики – к договору вообще не присоединились. После демарша Москвы становится неочевидной перспектива вывода российских войск из Грузии и Молдавии, хотя Россия руками Бориса Ельцина и подписалась под таким обязательством в Стамбуле осенью 1999 года.

Североатлантический альянс увязывает ратификацию ДОВСЕ с выводом российских войск, вооружений и техники из Приднестровья и Грузии. Россия в свою очередь утверждает, что это два разных вопроса. Именно нежеланием Запада пойти на ратификацию и объясняется шаг, предпринятый Россией в указе президента и в справке к нему.

Время угрожать

Несомненно, российский демарш связан и с упорным нежеланием Америки отказаться от размещения элементов ПРО в Европе. Собственно, Путин уже об этом говорил – в апреле в послании Федеральному собранию. "Они (силы НАТО. – "Газета") наращивают вооруженные силы в непосредственной близости от российских границ, – говорил президент. – Более того, они еще и планируют разместить в Европе элементы противоракетной обороны. Впервые в Европе могут появиться элементы американского стратегического вооружения. В этой связи считаю целесообразным объявить мораторий на исполнение Россией этого договора". Последней попыткой спасти ДОВСЕ стала прошедшая 12-15 июня конференция в Вене, в которой участвовали страны, подписавшие этот договор. Россия попыталась уговорить своих партнеров все-таки поставить подписи под документом. Но ответа не последовало.

Как отметил в интервью "Газете" военный эксперт полковник Анатолий Цыганок, "хотя о предполагаемом выходе России из ДОВСЕ много говорилось, тем не менее для Запада указ Путина был довольно неожиданным". Может быть, именно этим объясняется то, что реакция и США, и Евросоюза на решение России была довольно сдержанной. Так, представитель совета по национальной безопасности при американском президенте Гордон Джондро заявил лишь о разочаровании поступком российского президента. Одновременно с этим он подчеркнул, что его страна готова продолжить консультации по обеспечению безопасности в Европе, дав понять, таким образом, что компромисс возможен.

Время на компромисс

На компромисс у обеих сторон есть довольно много времени. Формальное решение о приостановке исполнения ДОВСЕ должно быть принято в форме федерального закона, а депутаты российской Госдумы сейчас на каникулах до начала осенней сессии в сентябре. Но даже после принятия закона и рассылки его всем странам – участницам договора у России и США есть 150 дней: именно через такой промежуток времени мораторий вступает в силу. Если же исполнение ДОВСЕ будет приостановлено, то следующим логичным шагом представляется полный выход России из договора.

Как полагает Цыганок, самым серьезным последствием такого рода шага станет приостановка взаимных инспекций воинских частей, а также отказ информировать о проходящих учениях. Россия уже сейчас уклоняется от такой обязанности, наложенной на нее договором ДОВСЕ. Например, месяц назад на российские военные объекты в России не были допущены военные инспекторы из Румынии и Болгарии под предлогом неготовности российских частей к встрече иностранных гостей. "Я не думаю, что после выхода из ДОВСЕ следует ожидать какой-либо передислокации войск к каким-либо границам. Россия не намерена никому угрожать, она лишь дает понять, что готова жестко отстаивать свои интересы", – считает Цыганок.

Особенно частыми гостями в России в последние годы были военные инспекторы из Польши, они проверяли российские гарнизоны в Калининградской области. Не случайно отклики в Варшаве на решение Москвы были вчера особенно болезненными.

Время удивляться

Заместитель министра иностранных дел Польши Витольд Ващиковский заявил, что изумлен решением Москвы, и добавил, что Варшава хотела бы провести переговоры в группах экспертов по ситуации вокруг ДОВСЕ. По поводу обид Москвы на то, что Запад отказывается ратифицировать ДОВСЕ, Витольд Ващиковский заявил «Газете», что суть спора вовсе не в ратификации, а в стамбульских договоренностях. «Что касается стамбульских соглашений, то между Россией и НАТО существуют расхождения по этому вопросу, – заявил замглавы МИД Польши. – Не удалось найти общий язык и подготовить единый документ и по итогам венских встреч, которые были проведены по настоянию России».

Еще месяц назад, сразу после встречи в верхах в Хайлигендамме, атмосфера в отношениях Москвы и Запада, как казалось, потеплела. В те дни генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер даже пригласил российских специалистов в будущем на базы ПРО в Польше, чтобы они проинспектировали объект. Теперь возможность таких поездок стала особенно туманной.

«Чтобы российские специалисты смогли посмотреть эти места, необходима правовая база, а сегодня ее нет, – констатировал Ващиковский в беседе с корреспондентом «Газеты». – Сегодня такие осмотры могут происходить по двум соглашениям: одно по ДОВСЕ и второе соглашение – это венский документ о выработке средств доверия. Он говорит об участии инспекторов в больших маневрах и при перемещении вооруженных сил на территории стран – членов соглашения. И на сегодня нет никаких оснований, чтобы российская сторона могла посетить американскую базу, если она будет создана в Польше».

Как говорит замминистра иностранных дел Польши, сейчас можно в лучшем случае говорить только о визите вежливости. «Это был бы жест доброй воли со стороны Варшавы, – говорит Ващиковский. – Но пока что смотреть там нечего, мы еще не приняли решение. Если мы примем решение в текущем году, то база будет построена в течение пяти-семи лет».

Время играть мускулами

Добрая половина российских политологов уверена в том, что теперь у Кремля развязаны руки и он сможет усилить обычным вооружением проблемные границы. К таковым относятся северо-западная и южная границы, сказал «Газете» генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов. «Теперь у нас руки развязаны, и мы просто обязаны усилить свои границы на северо-западе и на юге. А дальше мы можем поговорить и о договоре», – вторит Орлову вице-президент Академии геополитических проблем Леонид Ивашов.

С таким мнением не согласен политолог Сергей Марков. Он считает, что ДОВСЕ нам необходим. «Мы пока слабая страна. На кого нам сегодня опираться? США и их союзники гораздо сильнее нас, и для сдерживания их сил нам этот договор просто необходим. Этот жест Путина означает, что странам НАТО пора прислушаться к мнению Москвы», – заявил он «Газете».

Кто для вас вероятный противник?

ГЕОРГИЙ ДАНЕЛИЯ, кинорежиссер:

Моя старость! А насчет этого договора… Ну, вышли мы из него, и что теперь изменится? По-моему, ничего, и это никому и ничем не грозит. Правда, на вооружение теперь денег больше тратить будут, но это не имеет значения, потому что их бы все равно давно потратили.

Будет война России и Европы или нет? Думаю, Европа на нас не нападет, потому что у России есть атомные бомбы, которыми она уничтожит Париж, Рим, Лондон и Берлин. И мы на них не нападем, потому что у них тоже есть бомбы, нацеленные на Москву, Петербург, Нижний Новгород. Поэтому никакой войны не будет.

И Соединенным Штатам мы не нужны, хотя они могут подкидывать оружие тем, кто где-то за бортом дерется. США никогда в схватку не вступят, разве что через посредников, чтобы пули до них не долетали.

ИГОРЬ ЮРГЕНС, вице-президент РСПП:

Фундаменталистский терроризм и угроза, исходящая с юга. Но никак не ДОВСЕ.

Да, наши озабоченности реальны, легитимны и законны, но тут мы разберемся. А какого-то конкретного противника пока нет, хотя если все так будет продолжаться и обостряться, то он появится – и вполне реальный.

ЕЛЕНА КОНДУЛАЙНЕН, заслуженная артистка России:

Все замечают, что готовится война, и напасть может, естественно, Америка (возможно, чужими руками). Вокруг нас стягиваются силы.

Я недавно была на Украине: в Балаклаве стоят ракетные установки США; была в Египте: недалеко от Шарм-аль-Шейха – тоже база США. А ПРО в Чехии и Польше? Что, они просто так ставят везде свои войска?

Все знают, что война будет чуть ли не в следующем году. Никто не может смириться с тем, что она близка, но вся информация говорит об этом. Мы ее выиграем, только вот какой ценой?

ОЛЕГ МАЛЫШКИН, депутат Госдумы, экс-кандидат в президенты России:

Да нет у нас никаких противников, а есть не очень умные движения наших западных партнеров. Сейчас наш президент сделал очень грамотный и правильный ответный шаг, а они пусть сидят и думают, какие же им с нами теперь переговоры вести.

Вот только непонятно, против кого они там вооружаются? Этот вопрос волнует любого россиянина – от президента до простого обывателя.

ЭДУАРД БАЛТИН, адмирал, Герой Советского Союза, командующий Черноморским флотом в 1993-1996 годах:

Противники возникают внезапно. Гитлер в 1939 году был представлен к Нобелевской премии за стабилизацию политической обстановки в Европе (кстати, эту премию позже Горбачев получил), и это после того, как он уже Судетскую область забрал и так далее. А между Германией и СССР были прекрасные отношения.

Сейчас даже малообразованному человеку видно, что существует страна, стремящаяся к мировому господству, – США. Как говорит их госсекретарь, препятствия, мешающие снабжению экономики США сырьевыми источниками, должны быть устранены с помощью военной силы. А фраза о том, что «США в своей внешней политике опираются только на наши мощные вооруженные силы»? Это же не я сказал!

Можно вспомнить и знаменитые слова Мадлен Олбрайт о том, что США до тех пор должны помогать России, пока она идет по правильному пути своей разрухи. Вот вам и весь курс миролюбия США и продвижения демократии в мире.

И международный терроризм – это их изобретение. Сейчас нет таких фронтов, которые Гитлер устраивал. Но есть экономическое, идеологическое, информационное наступления, заканчивающиеся применением вооруженных сил и закреплением результатов. Вспомните жемчужину Адриатики – раздробленную Югославию.

Над мелкими государствами легче устанавливать господство. В 1988 году в Лондоне на совещании представителей финансовых элит весь СССР был поделен на четыре зоны. Мы и тогда себя в обиду не могли дать, и сейчас. Но все зависит от политического руководства страны. Сейчас политика уступок сменилась, мы стали сильнее.